Дедушка погибшей Лизы Пылаевой выступил с обращением 10 сентября 2020, 20:36

Дедушка Лизы Пылаевой, загадочно погибшей в Алматы в мае 2019 года в возрасте шести лет, выступил с обращением, передает Tengrinews.kz.

По словам Сергея Рыжакова, расследование трагедии продолжается уже больше года.

«В Алматы 12 мая 2019 года погибла наша любимая дочь и внучка. Ее тело обнаружили в саду при доме под упавшей статуей. Дело находится на досудебном расследовании по статье «Убийство». Ход расследования засекречен, из-за чего вокруг этой истории много версий и предположений. Мы решили обратиться к людям, чтобы не множились слухи, домыслы в соцсетях, чтобы информация была из первых рук».

Дедушка погибшей девочки подчеркнул, что семья Рыжаковых не выходила на связь со СМИ, потому что с них взяли подписку о неразглашении и многие обстоятельства дела остаются тайной досудебного расследования.  «Мы не можем комментировать работу следствия или данные экспертиз. Кроме того, мы в семье считали, что нужно довериться следователям и экспертам и не мешать им делать свою работу, создавая ненужный шум. Но процесс расследования все идет. И дальше нам молчать невозможно. На нас льются потоки обвинений. И мы будем отвечать на те вопросы, на которые, по мнению юристов, ответить можно», — говорит он.

«Обвинения одно фантастичнее другого… Приходилось читать утверждения, что Лиза жила все время с отцом, что суд отдал якобы опеку над Лизой ему. Или говорили, что мы не позволили следствию допросить старших детей, которые тоже были в доме во время трагедии, будто бы спрятали их, увезли из города! Что Лизу не осматривали детские врачи… И так далее. Вплоть до самого дикого предположения, что вечером 12 мая якобы «произошло убийство». При этом некоторые, зная, что в большинстве случаев мы связаны подпиской о неразглашении, преподносят людям наше молчание как «воспрепятствование следствию», — подчеркнул Сергей Рыжаков.

«Мы можем опровергнуть все эти предположения. Многие вещи опровергаются легко – с документами в руках. Лиза 80 процентов времени проводила в нашем доме. А мировым соглашением, заключенным между Мариной Рыжаковой и Александром Пылаевым в рамках гражданского дела № 2-192/2015, «в качестве места жительства ребенка было определено место жительства матери», и отец засвидетельствовал это своей подписью».

«Что касается старших детей, которых, как утверждают, мы «прячем и не даем допросить», то их допрашивали несколько раз. И, насколько мне известно, в присутствии сотрудников из отдела по делам несовершеннолетних, профессиональных психологов, которые проверяют, нет ли в показаниях детей заученности, фальши и так далее. Никто никого не прячет и не собирается. Старших детей увезли в Украину по настоянию их отца — гражданина Украины, который постоянно проживает в Киеве. Потому что то давление, которое приходится испытывать семье в связи со множеством публикаций и слухов, не под силу и взрослому человеку. Детям задавали вопросы в школе. Они оказались под прессингом из-за развязанной травли в соцсетях. Чтобы они могли спокойно учиться и ради стабильности их психологического состояния, мы решили оградить их и увезти. Но Кирилл прилетал еще раз на допрос в Алматы из Киева 29 августа 2019 года. И улетел 31 августа. Есть штампы о въезде/выезде в его загранпаспорте. Есть билеты. Есть результаты допросов у следствия. Все это доказуемо».

Сергей Рыжаков призвал верить только результатам расследования и со скепсисом относиться к слухам в социальных сетях.

«Непонятно, кто и что может вообще говорить о данных экспертиз, если это тайна следствия! Мы сами хотели бы озвучить людям все, что знаем и в чем уверены. Мы никогда не думали, что расследование будет длиться так долго. Но пока оно идет, разглашать подробности запрещено. В подобных делах экспертиз бывает множество, иногда их результаты противоречат друг другу. Поэтому для полной ясности надо смотреть все материалы по делу. Такой возможности нет сегодня ни у кого, кроме следователей. Не могут публиковаться скриншоты каких-то вырванных из контекста документов. Никто, ни один человек из участников уголовного процесса, у которых есть право знакомиться с исследованиями судебных экспертиз, в порядке, предусмотренном статьей 286 УПК Республики Казахстан, не вправе копировать судмедэкспертные заключения до окончания расследования! Мы обращались с ходатайствами разрешить нам это – и всегда получали отказ. Почему же кто-то другой вдруг мог бы это делать? Это было бы незаконно».

«Происходит невероятное в соцсетях. Вдруг, например, пользовательница, не имеющая отношения ни к семье, ни к расследованию, заявляет, что у нее «есть результаты всех (!) экспертиз», говорит о «содержании желудка Лизы» в день гибели… Кто-то пишет, когда именно «наступила смерть ребенка», другой готов рассказать всему миру о том, что происходило в жизни Лизы «ежедневно». Причем это люди, которые семье незнакомы, на месте происшествия и в больнице не были, с экспертами не общались. Но они выступают громко, эмоционально – формируя общественное мнение и оказывая давление на следствие! Провоцируют нас, требуя ответов и данных, которые мы озвучить не имеем права. Почему это не пресекается? Все это больше похоже на травлю, чем на жажду честного расследования. Бабушка Лизы Леонарда и мама Лизы Марина переживают происходящее очень тяжело. Марина недавно выступила с интервью. И рассказала, насколько это позволено подпиской о неразглашении, что происходило 12 мая 2019 года, как нашли Лизу, как мы ее везли в больницу, как она делала дочке искусственное дыхание, кому звонила, кого звала… Но после выхода материала на нее опять посыпались все те же самые вопросы! Как будто интервью никто не читал!»

«Самый главный вопрос, который задают: если это был несчастный случай, почему открыто дело об убийстве. Как разъяснили нам в прокуратуре, когда в деле есть погибший и у него травмы, происхождение которых не определено, обязанность следствия — проверить, не была ли смерть насильственной. Со слов прокуратуры, такие факты регистрируются в Едином реестре досудебных расследований по подозрению в убийстве и дело открывается по подозрению в убийстве. В ходе следственных действий следователи проверяют данную версию. Если она не подтверждается, то выносят постановление о переквалификации дела. Если станет ясно, что смерть наступила в результате несчастного случая, выносится постановление о прекращении уголовного дела».

«Мы в семье заинтересованы в скорейшем и объективном расследовании. Подавали ходатайства в прокуратуру о проведении дополнительных экспертиз с привлечением местных и иностранных специалистов для получения полной картины. Мы всей семьей готовы ответить на любые вопросы на детекторе лжи. Мы абсолютно открыты, нам нечего скрывать и прятать. Сотрудничаем с правоохранительными органами и ждем результатов расследования».

Что касается точки зрения по случившемуся отца Лизы (Александр Пылаев в разводе с ее матерью Мариной Рыжаковой, его позицию можно прочитать здесь и тут — прим. редакции). Сейчас, насколько нам известно, уже проверены несколько его версий произошедшего… Сейчас мы добиваемся передачи дела в Генеральную прокуратуру и создания межведомственной оперативно-следственной группы, в которую вошли бы представители разных ведомств. Чтобы расследование было беспристрастным, непредвзятым и объективным и чтобы мы как можно скорее узнали всю правду о Лизе.

Ранее в Сети появилось видеообращение бабушки погибшей Лизы Пылаевой, в котором она просила власти добиться правосудия. 

Напомним, тело Лизы Пылаевой обнаружили 12 мая 2019 года во дворе частного дома в Медеуском районе Алматы, где живет ее мать. Девочку обнаружил садовник, она лежала под упавшей статуей. По словам родных со стороны отца, на теле ребенка были глубокие порезы. Было возбуждено уголовное дело по статье «Убийство».

Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
Добавить комментарий

;-) :| :x :twisted: :smile: :shock: :sad: :roll: :razz: :oops: :o :mrgreen: :lol: :idea: :grin: :evil: :cry: :cool: :arrow: :???: :?: :!: